К 90-летию со дня рождения Леонида Вячеславовича Куравлёва
Шура Балаганов, оставшийся ребёнком, столь же непосредственен, сколь и глуп, вихраст, прост, а эмоции – брызжут и брызгают.
Точность рисунка роли, создаваемого Л. Куравлёвым, великолепна; и насыщение оного рисунка плотью жизни покоряло поколения.
Вот уж воистину народный, никакие звания не требуются.
Из простой семьи, но мать, осуждённая по доносу, оказывается в заключении; Куравлёва растит сестра матери: когда последняя оказывается на поселении, он едет к ней, к маме, и до 15-летнего возраста живёт в заштатном посёлке Мурманской области.
В Москву возвращаются в 1951.
То есть трудную, низовую, бедную до предела бедности жизнь знает наизусть – может, это и помогает впоследствии создавать народные образы, такие шукшиновские типажи, будто в фильм можно войти, или герой сейчас вышагнет из оного, растворится в среде людской.
ВГИК выбирает… отчасти из-за отсутствия точных наук.
Не поступает сначала, работает в московской артели, выпускающей стеклянные новогодние игрушки.
Но со второго раза поступает во ВГИК.
Студентом дебютирует, в том числе у Шукшина, в фильме «Из Лебяжьего сообщают».
Дипломная работа Шукшина, и заикающийся механик Сеня Громов, которого играет Куравлёв, разыскивая дефицитные коленные валы, так легко вписывается в образ, что будущее актёра просматривается чётко.
«Живёт такой парень» – известнейший фильм Шукшина, в образ Пашки Куравлёву и вживаться особенно не пришлось: сам такой.
Окраины Москвы, рабочий люд и хулиганье, всё пропитано бедностью, всё это он знал – своею судьбой.
Шофёр, гоняющий машину по Чуйскому тракту, разных людей встречает Пашка – мечтательный, полный жизнелюбия, не ведающий, что придётся совершить подвиг, спасти людей, да и к поступку своему, сделавшему его героем, как к подвигу не относящийся.
Жорж Милославский из фильма «Иван Васильевич меняет профессию» иного плана – бурлеск и гротеск соединяются, абсурдно комедийно представление, сделанное Гайдаем по пьесе Булгакова, поражает многообразием ходов, пестротой действа, сменой планов…
Куравлёв великолепен: разнообразие таланта выявлено крупно и неоспоримо.
Или Айсман из народного многосерийника «Семнадцать мгновений весны», упорно верящий в дружеские отношения внутри аппарата, где всё давно строится на интриге.
Краски актёрства Куравлёва столь естественны, что палитра его кажется бесконечной.
Гротеск даётся столь же легко, как персонажи из народа: зощенковско-гайдаевский гротеск «Не может быть!», где Куравлёв играет незадачливого жениха, не могущего узнать невесту, забавен: комедия положений переходит в трагикомическую буффонаду.
Метель завывает.
Вытаскивают жениха наружу, охладиться.
Список фильмов, где снялся Куравлёв, представляется бесконечным: и эпизод, и главную роль делал в равной мере виртуозно: народный, подлинно народный, в званиях не нуждающийся артист.
Александр Балтин,
поэт, эссеист, литературный критик
