Вообще, атеизм требует большего мужества: перед лицом идеально отполированной темноты и черноты, как не испугаться? Но – чему радуются атеисты, доказывая всеми возможными способами интеллектуальной игры отсутствия продолжения жизни? Вероятно, считают, что стоит отказываться от иллюзий – в пользу истины. Так, или иначе, Бертран Рассел был решительным атеистом, и, опровергая возможные доказательства бытия Божия, демонстрировал великолепный словесный эквилибр.

Или — интеллектуальный напор, чётко направляемый в определённые каналы.

Рассел был разносторонен и многогранен: так, в ряде лекций, прочитанных им, подчёркивал, сколь важна психология масс, красноречиво доказывая, что нельзя недооценивать оную силу.

…полированный чайничек, запущенный занятной аналогией на космическую орбиту, вращается по эллипсоиду, воплощая собой «чайник Рассела» — очередной вариант интеллектуальной игры, понятной не многим.

На многих – потомственный аристократ Рассел и не рассчитывал: в частности, сочиняя глобальную «Историю философии», где, например, дав два варианта происхождения Пифагора: сын богатого купца из Милета, или бога Аполлона – предлагал читателю выбрать, какой вариант ему больше нравится.

Чайник парит, объясняя свою и Рассела идею тем, что учёный муж вовсе не должен доказывать отрицание какого-либо утверждения: так как в соответствие с отточенной бритвой старого, ветхого Оккама, из двух теорий, объясняющих какой-либо феномен, более сложная должна быть отвергнута – в пользу более простой?

Интересно вам, дети?

…Оккам улыбается из своей звёздной дали: а, может быть, и нет, ибо, гипотетически встретившись с газообразной сущностью Рассела, они давно уже решили все вопросы.

…на четвёртый день рождения Рассел остался сиротой: на попечение его взяла бабушка – графиня Рассел, строгая пуританка: в таком духе и воспитывался будущий математик.

Математик, логик, философ, писатель, проводивший за чтением книг всё юношеское время.

Тринити-колледж ждал его: на втором году обучения Рассел избирается в дискуссионный клуб «Апостолы», где может блеснуть бритвенными возможностями речи.

Затем он – представитель британской короны в Париже, потом в Берлине, где тщательно знакомится со всем спектром германской философии, и, владея немецким – неожиданно –  общаясь с представителя социал-демократов, пропитывается духом марксизма.

Идеи равенства, социалистического солнца, завораживают его.

Фабианское общество логично: они считают социализм сияющим следствием экономического развития: что не оказывается таковым, едва ли его вина.

…мир идей: чистых, парящих в метафизическом пространстве хрустальных – или какой там материал? – шаров, чьи лёгкие перезвоны улавливают земные сердца и души.

Или – мозг: Рассел был материалистом всё же…

…Первая мировая затягивает в сеть усложнённых социально-политических проблем, сплетённую множественностью ситуаций, определивших тогдашнюю жизнь; идеи пацифизма пропитывают сознание очевидно доброго от природы Рассела: за декларацию оных его лишают преподавательского места в любимом Тринити-колледже.

Интересно, связанный с ним прочно, размышлял ли когда-нибудь о святой Троице, или, находя сию сущность, существующую, или нет, априори нелепой, даже не прикасался к подобным субстанциям?

Анонимно Рассел издаёт пацифистскую листовку, становится членом организации «Противодействие призыву на военную службу».

Вообще, политические его идеи аристократически-благородны: в трактате «Политические идеалы» он утверждает, что максимальная цель политики – обеспечить полное развитие природных возможностей всякого индивида.

Жаль, рычаги власти не даются ему: общество, реформированное согласно подобным принципам, получило бы качественное духовное питание.

Философские взгляды Рассела эволюционируют сложно: абсолютный идеализм уплотняется слоями марксизма, убеждение, что философия занимает ничейную область между наукой и теологией, не являясь наукой, уступает – через увлечение пифагоризмом – юле юмизма, которая, в свою очередь, останавливается под напором логического атомизма…

Сияет совершенство атома гелия, столь необходимого в системе устройства мира.

А как другие?

Рассел был за мир всегда – последовательно и жёстко, и, не слишком интересуясь другими мирами, считал, что в оном способно привести к результатам человеческого развития только спокойное существование.

Он выступал против войны во Вьетнаме, объединившись на короткое время с Сартром, чей экзистенциализм едва ли был близок спокойному и уравновешенному британцу.

Масса трудов – связанных с разными областями мирового пространства; после захвата Гитлером Польши, Рассел на время отказывается от пацифистских взглядов, понимая сущность происходящего, даже стремясь поймать за хвост чудовище фашизма — в работе, посвящённой его происхождению.

Он становится самым известным британцем – благодаря общественной работе, ибо труды его благородно-сложны, и, опровергая расхожую глупость, гласящую: всё гениальное – просто, прекрасно вдвинуты в глобальность человеческой библиотеки, сохраняющей всё стоящее.

Антиклерикализм свой окрашивал иронично: так было мягче и более живо.

Математическую логику обогатил настолько, что сравнивали его со Стагиритом: который, благосклонно улыбаясь с мистического Олимпа, куда был принят после давнишней своей смерти, одобрял изыскания британского коллеги.

Стиль писателя Рассела ассоциативен, и просквожён множественностью ответвлений мысли; занятны и фантасмагорические рассказы Рассела, иллюстрирующие его атеистические взгляды.

Интересно всё – и то, что прожил почти век: может быть, Провидение давало ему шанс изменить свою точку зрения на сущность веры?

Он не изменил.

И смерти не боялся: как утверждал.

…предположительное разочарование, связанное с дальнейшим продолжением бытия, едва ли было продолжительным: думается, будучи интеллектуальным сгустком, он быстро обрёл на том свете достойных собеседников.

Александр Балтин,

поэт эссеист, литературный критик

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here