Лопнет, закрутившись, струна — никто не заметит: музыка будет рваться, вибрировать, литься, — если надо, ласкать…
Мистический скрипач, алхимик скрипки…
… Мальчишка, которого запирает в сарае отец, неудачный торговец, подрабатывающий игрой на мандолине, надеющийся разбогатеть на даровании сына.
Тот проявляет строптивость больше, чем дарование; потом – сам уходит с головою в скрипку, сочинительство, музыку.
Она оживает в нём — странной, резкой внешности человеке, носящему крылья гения за спиною, и нечто тёмное в душе.
…Техника его игры!
Она словно рождалась, кристаллизовалась каждое мгновенье, упорство раскрывало новые грани.
Техника завораживала: безукоризненная чистота, с которой исполнял сложнейшие пассажи, блистала, и горизонты скрипичных возможностей были раздвинуты им.
Богатые варианты звучания скрипки – не всё ещё угадано, сколько ни работал над перлами Вивальди и Тартини убеждался в этом: нужно идти вглубь и подниматься вверх, пользоваться новыми эффектами в скрипичной технике.
Быстрое чередование пиццикато с арко – кто ещё пробовал так?
Широкое применение натуральных и искусственных флажолетов даст новые варианты звука.
Паганини купается в нём: мир пролетает мимо: бесконечными гастролями, любовными романами, богатыми поместьями, придворным местом в Лукке.
Что там ещё?
Турин? Флоренция?
Он покупает титул барона и исполняет масонский гимн.
Никто нигде никогда не слышал таких звуков.
Его капризы… зазубристы и прихотливы, величавы и стремительны, в них – отчаяние и восторг, детская мука скрипки и последующая неистовая радость, и тайны, тайны…
Сколько часов в день он играл?
Как звучала его скрипка?
Возможно, последующее человечество сильно обеднено, лишённое возможностей услышать то, что вносил в мир Паганини?
Никто не исполнит его сочинений, как он сам.
…Постоянная избыточная деятельность рвёт струны здоровья…
Рвутся струны: можно играть.
Рвётся струны здоровья, как дальше жить?
А зачем, Паганини?
Ангелы ждут – они предложат неведомые тебе варианты созвучий, и такие инструменты, о которых на земле никто не слыхал.
Александр Балтин,
поэт, эссеист, литературный критик
