Ко Дню рождения Марка Шагала

…любящие держат друг друга за руку, при этом один парит; а вот другие влюблённые, летящие вместе над кривыми заборами старого Витебска…

Скрипач играющий в огромной слезе, или вдруг попавший на крышу….

Дети, напряжённо вглядывающиеся в лес – перед грозой: и чувствуется тайна, разлитая в воздухе.

Мир был мал Шагалу: требовалось придумать свой, используя чуть заметно колыхавшиеся слои мистического, треугольники и квадраты, сглаженные и входящие друг в друга: мир пёстрый, как перья жар-птицы, и радостный и печальный одновременно…

Шагал получил традиционное еврейское образование, изучал тугие тома Талмуда и Торы.

В Петербурге занимался в Рисовальной школе поощрения художеств: под руководством Н. Рериха.

Потом – учился у Л. Бакста.

Был Париж, где Шагал, ставший называть себя Марком, знакомится с поэтами-авангардистами, продолжая учиться…

Надо овладеть всем классическим инструментарием, чтобы, меняя его создать сад своей живописи.

…зелёная синева, или обнажённо-красный закат над Витебском, в который заглядывает небесная корова, пока кошка с человеческим лицом сидит на окошке.

Мир метаморфоз, где всё двоится, троится, течёт необыкновенным цветом, собирая в букеты оттенки, предлагая ещё невиданные.

Лестница жизни Шагала в реальности поднималась круче крутого: слава и деньги: всё оказалось доступным.

И расцвела Франция, в качестве новой родины.

Но сад его живописи надмирен: хотя и черпается всё из конкретики нашего…

Мир геометрии и парения, мир слёз и странного солнца: радужный и роскошный, увлекающий, втягивающий в себя, обволакивающий, почти бесконечный.

Александр Балтин,

поэт, эссеист, литературный критик