К 115-летию Астрид Линдгрен
Дидактичен ли Карлсон? Ни в коей мере – дидактика, особенно навязчивая, вредит постепенности роста… Фантазия писательницы, отправившей жить на крышу забавного толстенького человечка с моторчиком за спиной, стала сиятельной правдой детства: не перечесть поколений разных национальностей детей, росших с Карлсоном: таким противным, таким родным, таким… будто и у тебя сейчас появится.
У каждого мальчишки должен быть свой Карлсон: он и был – рождённый фантазией шведской писательницы: у каждого свой, ибо всякий читатель, или слушатель представлял собственный вариант человечка…
У всех этих бессчётных вариантов был, конечно, мерцающий горизонт сходства, но и все они отличались: в том и величие замечательной литературы: как нет двух одинаковых мозгов, так нет двух одинаковых восприятий значительных персонажей.
…Линдгрен родилась в крестьянской семье, и росла в век… лошади и кабриолета.
Автобиографические очерки назывались «Мои выдумки» и… возможно счастливое детство писательницы настроило её на волну необходимости дарить счастье детям?
Фольклор окружал её с детства, и, решив стать домохозяйкой, она не видела ещё, как Карлсон пролетает мимо окон, помахивая пухлой ручкой.
Не видела – поскольку сначала была «Пеппи Длинныйчулок» — задорная и весёлая, сразу полюбившаяся детям.
Потом появился сыщик Калле Блюмквист, и только потом – Карлсон…
Как постичь метафизику фантазии, рождающую персонаж, с которым вы будете играть, уже став взрослым?
Но… взрослые, в сущности, выросшие дети…
Фрёкен Бок грозно смотрит на вас: она ещё не прошла школу дрессуры, столь виртуозно организованную несносным Карлсоном, и – тем более – не встретилась ещё с дядей Юлиусом…
…мальчишка с моторчиком залетит к вам в окно: подарив вороха выдумок и проказ, и вы, позабыв все дела, включитесь в игру…
Она бесконечна – вырастая, продолжаем играть, и Карлсон помогает нам в этом, оставаясь вечным образом – он будет сопровождать человечество всегда, как бы оно не видоизменялось.
И добрая улыбка Астрид Линдгрен согревает пространство, слишком искажённое страстями, бесконечным теплом.
Александр Балтин,
поэт, эссеист, литературный критик
