С тонким и нежным, отчасти фарфоровым, отчасти лилейным лицом: почти девочка… нет, всё же – подросток четырнадцати лет в необычной комбинации яви, в необычном по всем параметрам, прекрасно-ужасном, математически-эстетически выверенном фильме «С широко закрытыми глазами».

Детский дебют, малобюджетные сериалы, где её замечает С. Кубрик и предлагает роль в своём последнем (он ещё не знает об этом) шедевре.

Лили Собески непосредственна.

Она кажется наивной.

Она будет наивно-порочной, великолепно играя женскую чувственность, прорастание оной сквозь женскую личность – великолепной Сесиль де Воланж.

Жертва.

Не ждавшая атаки адского совратителя Вальмона, не выдержавшая её, оказавшаяся в центре истовой интриги.

В «С широко закрытыми глазами» Собески воспринимается наивно-чувственной, словно и лёгкий восточный оттенок в лице, японская тонкая тень…

Она и не играет будто: вмещается в роль с той мерой естественности, какая сочетает уже обретённое мастерство, и ещё не утраченную наивность.

Потом прозвучала её Жанна д’Арк – один из самых мистических образов человечества, чьи тайны не будут разгаданы до конца, чей код не подлежит никакой расшифровке.

Известно много – известно мало.

Небольшой сериал неплохо воссоздаёт эпоху: колоритно и детально, с живописными подробностями, а Лили Собески, сочетая героизм и естественность, в определённых моментах фильма будто светится изнутри.

Словно и впрямь небо раскрывалось над нею, совмещались земные и небесные планы, и проступали святые, в особенности – Екатерина, ведущая Жанну по жизни.

Сесиль де Воланж из экранизации самого, может быть, французского романа «Опасные связи» столь хороша.

Так трепещет вся, вымпелами плоти переливается точно, ожидая замужества в счастливом его варианте с куда превосходящим её возрастом Мертеем, какого исполняет А. Жулавски. Да, сорвут свадьбу, вовлекут в бездну очаровательные чудовища, сговорившись, – мадам де Мертей и Вальмон.

Собески настолько виртуозно совмещает простодушие и чувственность, что красота её будто загорается по-новому.

Она честна, Сесиль.

Она наивна.

Она раскаивается в ярых порывах плоти, какую не сдержать…

(Плоть ядовита! Тут и смиряющие «Духовные упражнения» И. Лойолы не помогут)…

Безумие женской чувственности так трагично прописывал Лев Толстой.

У Лакло – игра, трагедия на заднем фоне, а Собески, нежно и с отчаяньем исполняя Сесиль, демонстрирует целые реестры эмоций.

…Потом она уходит из кино.

Недаром в юности изучала литературу и изобразительное искусство; уходит, начиная исполнять роль художницы, стилистически сочетая экспрессионизм с возможностями абстрактной живописи.

Она пишет и лепит, у неё проходят выставки, она именуется теперь  Лили Киммел.

Пёстрый мир цветёт на её картинах, контуры вымышленных предметов растекаются, как часы у Дали…

Жаль, репродукций в русской сети немного: наверняка красивы её работы – в большинстве красивы, как она, её роли…

Был страшноватый «Стеклянный дом».

Дом, где оказываются дети, потерявшие родителей, и девушку зовут Руби, и Собески, играя её, помимо сгущающихся недобрых обстоятельств, показывает, виртуозно исполняя роль, насколько всё взаимосвязано: в том числе будущее с прошлым, «я» с «не я», множественность с единством.

Что, вероятно, стремится показать и живописью своей.

…Столь яркая  артистка, художница, столь интенсивно свершающая путь своего творчества.

Александр Балтин,

поэт, эссеист, литературный критик