К 225-летию со дня рождения Людвига ван Бетховена

…На иных изображениях напоминает разгневанного ребёнка: мол, устройство мира не слишком устраивает, и надо изменить его звуком, становящимся… почти сакральным в восприятии поколений.

Звучит «Лунная соната», которую сам Бетховен так не называл; сомнамбулически-прекрасная первая часть словно самою глубиной сердца позволит соприкоснуться с небесными пейзажами, показанными музыкой, не только от луны бравшей начало, но от сердца мира, духовного солнца мира.

Как хочется надеяться, что такое есть!

Третья часть чарует экспрессией: её энергия сдвинет застарелую косность мира, преобразовав его в совершенное местообитание…

Была ли трагичной потеря слуха?

Внутренний обострился: в последние годы в музыке Бетховена мелькают, мерцают черты романтизма, хотя суммою прежних творений представлял «венский классицизм».

…Семья, в которой родился, была музыкальной, с детства обучали игре на органе, клавесине, скрипке, флейте…

В 12 лет – помощник органиста при дворе; вместе с тем он изучает несколько языков, запоем читает: Гомер и Шекспир соответствуют бурям, которые вложит в музыку, бурям, так странно прорастающим гармонией.

Одновременно играет в оркестре, взяв после смерти матери материальные обязанности по обеспечению семьи, и слушает лекции в университете; судьба сталкивает его с Гайдном, у которого Бетховен берёт уроки.

Позже его учителем становится Сальери, к которому отправляет Бетховена Гайдн.

Гайдну непривычна музыка Бетховена: он считает её мрачной и странной; виртуозная игра на фортепиано приносит Бетховену первую славу.

В Вене же он пишет сонаты, ставшие из самых знаменитых в человечестве – «Лунная», «Патетическая»…

…Неистовство!

В жизни со многими был груб…

Наполеон, презревший идеалы революции, воспринятой символом свободы, становится императором: Бетховен снимает посвящение – третья симфония будет жить без имени будущего тирана…

Героическая симфония разрывает пространство новыми музыкальными величинами.

Пятая симфония покажет норов судьбы и пляску огня.

Девятая засияет такой радостью, что солнце будет внимать удовлетворённо.

Ленты симфонических увертюр: с пиковой третьей – Леонорой.

Сонаты, музыка к драматическим спектаклям…

Слава его бушует: власти, сколь бы скептически не относились к торжеству свободолюбия, вечно демонстрируемому Бетховена, не решаются трогать титана.

Сжигавший себя всем – от сочинительства до педагогики – он поднимал колонны музыки для всех: и рвались они, неистовые и прекрасные, в те пределы небес, куда должен человек подниматься душой и сердцем, чтобы, презрев земное, переустроить свою душу по огромному неведомому образцу.

Александр Балтин,

поэт, эссеист, литературный критик