К юбилею Евгении Павловны Симоновой

Глаза её – словно испускающие сияние в мир: сияние волшебное, и  удивлённого ребёнка: навсегда удивлённого красотой и многообразием мира, его оттеночностью и переусложнённостью…

Щедро вписанная в панораму чудес принцесса, словно фактом существования своего противостоящая отцу – тирану и самодуру, королю, столь же забавному, сколь и нелепому.

Е. Симонова в «Обыкновенном чуде» будто растворяет весь негатив  в доброте своей, в тёплых лучениях, в невозможности счастья, какое состоится так внезапно, когда и не ждёшь уже.

А вот Нора из классического «Кукольного дома», так легко уничтожаемого онтологическим ветром бытия; Нора – изломистая, словно вдруг осознанием лишаемая всего – такого уютного, привычного, милого.

Но глаза Симоновой светят и тут, не угасает биение тайны, продолжается жизнь – несмотря ни на что.

Агафья Тихоновна забавна – куда ни кинь (для неё) всё клин, да и женитьба предстоящая – будто фантасмагория какая-то.

«Месяц в деревне»…

Классика нежно интерпретируется Симоновой: нежно, порою безнадежно, но всегда – на нерве прочувствованности, с тончайшими психологическими модуляциями, с тонкой нюансировкой характера…

Анна Сниткина, вовлечённою волею рока в невероятный водоворот жизни классика, понимающая – с осознанием пришедшей любви – как сложно будет теперь, как невозможно жить с этим человеком, и  насколько зря жизнь прошла бы без него…

И глаза, необыкновенные, тайной светящиеся глаза Симоновой…

…Словно стремится весь мир согреть своим актёрским теплом.

Александр Балтин,

поэт, эссеист, литературный критик