К 100-летию со дня рождения Кирилла Юрьевича Лаврова

…Башкирцев, умирающий в одночасье – умирает победителем…

Лавров всегда словно играл жёсткий стержень человека, основное в нём, и Башкирцев (прообразом послужил академик Королёв) тому примером…

Своеобразен Городничий, исполненный Лавровым: своеобразен, не растерян до конца, уверен, что тоже прёт к победе, чтоб оказаться…

Ну, вы помните.

А сколь обаятелен лорд Болинброк в «Стакане воды», где интрига распустит ароматные лепестки, смущая!

Но не лорда – победительного, как большинство персонажей Лаврова.

Он не имел театрального образования, даже школу не окончил.

Приехав к отцу в Киев, поступил артистом-стажёром в труппу Киевского театра русской драмы.

Отец руководил – Лавров осваивал актёрское искусство, выходя с отцом на сцену в нескольких спектаклях.

В БДТ у Товстоногова Лавров зазвучал мощью…

Нюансировка психологическая – виртуозно-ювелирного класса: что Нил в «Мещанах», рвущий привычность слепого уклада, что Шаманов из «Прошлого лета в Чулимске», где выбор сложен – так Лавров демонстрирует стержень.

В неожиданном образе – сериального вора в законе Барона, Лавров демонстрирует его же, неожиданно, словно показывая и своеобразный аристократизм, благородство.

Ему шло – благородство, сила…

Башкирцев, отправив человека на орбиту, кричит, счастлив и потрясён: «Слышишь меня?».

Пимен, фиксирующий былое, монументален, ничто не может поколебать спокойствия, ничто.

Понтий Пилат, потрясённый речами бродяги, думает, нельзя ли отбить его, используя преторианцев…

Под зилотов закамуфлировать.

Нельзя – ход истории будет нарушен, а он определяется не людьми.

Как судьбы их.

Судьба Лаврова сияла: суммами ролей, их сделанностью, их великолепием…

Так и продолжает.

                   Александр Балтин,

поэт, эссеист, литературный критик