К 90-летию Юлиана Семёнова

Действительно, не стоит думать о секундах свысока: из них складывается жизнь…

Вероятно, не было в СССР более популярного многосерийного фильма, нежели «Семнадцать мгновений весны»: и забывалось даже, что это враги в таких красивых мундирах: столь роскошно смотрелись немцы, и папаша Мюллер не вызывал ненависти, но неподдельность интереса.

Между тем литературная основа – роман Ю. Семёнова – именно добротная литература: сочетающая элемент развлечения с познавательными моментами: ибо документальная составляющая тверда, как гранит; достойный язык: вовсе не схожий с нынешними… якобы мастерами литературного развлекалова.

Семёнов действительно предлагал хороший, подробный, тщательный вариант русского литературного языка, где развитие сюжета умело педалировалось там, где нужно, и лирические отступления были на своём месте.

Семёнов был мастером.

Ю. Семёнов обсуждает с Вячеславом Тихоновым образ Штирлица

…сепаратные переговоры Гиммлера, мечущего между желанием захватить полноценно власть – и банальным: просто остаться живым – будут сорваны сложной интригой советской разведки.

Хитро и туго плетётся орнамент действий, необходимых для оного срыва.

Причудливо комбинируется моменты интриги, и характеры, проступающие сквозь страницы, – прописанные с жёсткой, мускульной, словесной силой.

…а вот – последняя книга Ю. Семёнова «Тайна Кутузовского проспекта»: и, читая её, испытываешь ощущение подведения итогов, какие достаточно плодотворны: в случае Семёнова.

Вместе создаётся ощущение некоторого захлёба: писатель стремится высказать столь многое: о советской власти, о палачах и жертвах, но – не только об этом; ещё и о – рабах внутри нас, метафизические волокна перехватывают повествование, и осмысление выходит на глобальный уровень.

Стиль сух, как стрептоцид.

Ю. Семёнов с Андреем Тарковским на съёмках фильма «Солярис» 

Иногда – слышится треск суставов за пределами страниц: история такова…

Система подвергается Семёновым нелицеприятному анализу: вереница исторических персонажей, определявших, собственно, саму историю, превращается в своеобразную панораму, краски которой слишком насыщены для благодушия.

…энергия писателя была несокрушима: достаточно представить сценарный объём, и вспомнить все экранизации его книг: что уж говорить о самих книгах…

…Великолепный Штирлиц – чуть ли не национальный герой, породивший бездну анекдотов – вновь появляющийся в романе «Приказано выжить»…

«Майор Вихрь» также сочетал занимательность и добротность письма.

Конечно, Семёнов писал детективы: то есть работал в жанре, подразумевающем развлечение; однако, он же, предлагая качественный вариант литературного русского языка, показывал, что и развлечение это может быть высокого уровня: хороший пример для бесконечных нынешних детективщиков, языком владеющих весьма условно.

Александр Балтин,

поэт, эссеист, литературный критик

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here